Argotism.ru

 

В. В. Шаповал

И НА СОЛНЦЕ БЫВАЮТ ПЯТНА (Об ошибках в словарях)

(Русский язык в школе и дома. - М., 2007. - № 7. - С. 18-21)

 

 

 
Все мы пользуемся словарями. И очень важно, чтобы словари были хорошими и правильными. Ибо неточность или небрежность в словаре стоит дороже любой опечатки в книге. В книге есть контекст, который нам посылает сигналы о неточности, как в старой притче про наборщика: корректор заметил ошибку во фразе На голову царя возложили корову. При новом наборе исправили ошибку и получилось: На голову царя возложили ворону. Но читаем мы не по буквам, а целыми словами и догадываемся правильно: корону. Заглавное же слово в словаре исправлять чрезвычайно трудно. Это такое авторитетное положение для слова, что, даже видя там ошибку, начинаешь сомневаться в своих знаниях. Как говорится, не веришь глазам своим.
За много лет мне попалась в словаре В.И. Даля только одна возможная опечатка в заглавном слове: "ТУГУЛЕВКА астрх. казематная, черная, сибирка, блошница, каменный мешокъ, арестантская при полицiи". Но не все так просто. Описание этого слова, отмеченного здесь В.И. Далем пока как исключительно астраханское, явно перекликается со словарем В. Бурнашева ("Опыт терминологического словаря…". - СПб., 1844)из которого многое в словаре Даля учтено: "Тягулевка. Арестантская комната въ полицейской части города Астрахани". Вариант написания слова тягулевка В.И. Далем указан без отсылки к тугулёвке под глаголом тянуть: "Тягулёвка? ж. астрх. Полицейская арестантская". В.И. Даль неутомимо правил свой словарь и был очень внимателен, приводя разные варианты одного и того же слова. И именно тугулёвка у него дана без знака вопроса. Значит, в этом варианте слова, поставленном отдельной словарной статьей, он был уверен. В.И. Даль провел значительное время в Оренбурге и степях вокруг него, так что у него были, видимо, основания для такого решения.
В то же время в дальнейшем это слово фиксируется только в виде тигулёвка, так оно попало в художественную литературу: "За всякий мой пивной скандал | Они меня держали в тигулевке" (С.А. Есенин); "В тигулевку их, какие скандальничают!" (М.А. Шолохов).
Рязанский и донской по происхождению авторы через полвека с лишним после В.И. Даля косвенно подтвердили написание тягулевка с мягким начальным [т'-] перед безударным гласным первого слова, да еще и показали более широкое распространение этого слова. И, тем не менее, всё это не может опровергнуть окончательно загадочное написание В.И. Даля тугулевка.
Коварным источником ошибок в словаре являются пропуски части текста по недосмотру. В результате могут возникать подозрительные контаминации (совмещения) двух словарных статей. Так, во втором издании словаря Даля читаем словарную статью, в которой глагол странным образом толкуется прилагательными и представлено якобы производное от него наречие с неожиданной морфемной структурой: "МУСИТЬ что, южн<ое>. зап<адное>. дрянной, невзрачный; неряшливый, неопрятный; скаредный. Мускарадно глядеть, пск. гадко, противно". Эта лексикологическая странность была сохранена и при перенаборе для издания 1955 г. и всех последующих. Видимо, авторитет словаря В.И. Даля был уже столь высок, что этот фрагмент просто не привлек внимания. Однако в первом издании читаем вполне осмысленное описание двух соседствующих слов разных частей речи:
"Муситъ что, юж. зап., немцк. быть вынуждену, обязану сделать.
Мус(ш)карадный юж. зап. дрянной, невзрачный; неряшливый, неопрятный; скаредный. Мускарадно глядеть, пск. гадко, противно".
Следовательно, во втором издании словаря В.И. Даля возник ошибочный пропуск части текста вследствие "скачка зрения" при наборе от пары помет "южн. зап." к такой же паре помет, расположенной строкою ниже. Проф. И.А. Бодуэн де Куртенэ при подготовке третьего издания внес в это место обоснованную правку по первому изданию и перегруппировал описание прилагательных, поэтому в его версии обнаруживаем данные В.И. Даля о прилагательном "Мус(ш)карадный" в составе лексических дополнений к словарной статье "Москородный" и вполне корректное прежнее описание глагола "Муситъ":
"Москородный, мошкорадный, мо(у)шкорадный ниж. нвг. пск., [мускарадливый, мускарадный пск. Опд.], дрянной, невзрачный; противный, гадкiй, постылый; постыдный, позорный. [Мускоротно нар. гадко, непрiятно. пск. Оп.]. Мускарадно глядеть пск. гадко, противно. [Мускарадиться, безстыдничать. пск. Опд.]";
"Муситъ что, юж. зап., [пол. musieć съ] нем. [müssen], быть вынуждену, обязану сделать".
Однако это исправление не учли ни в издании 1935 г., ни последующих изданиях, поэтому в словарную статью мусить не было внесено очевидных поправок.
"Толковый словарь живого великорусского языка" Владимира Ивановича Даля" сегодня существует и в электронном формате. Удобство для большинства читателей состоит в том, что словарь переведен на новую орфографию. Электронные словари - дело новое и перспективное. Однако на крупнейшем энциклопедическом ресурсе Интернета "РУБРИКОН" словарь Даля имеет досадные отличия от бумажной версии словаря. Обнаруживаются явные пропуски по недосмотру. Например, поиск слов ГАТИ и ГАЧА, СТЁПКА, СТИЖЬ и др. в этой электронной версии не дает результата, хотя в бумажном издании они представлены в виде заглавных слов самостоятельных словарных статей. Вероятно, программист не поставил соответствующих меток в начале этих словарных статей.
Другой электронный "Толковый словарь В. Даля ON-LINE. Современное написание слов. Републикация выполнена на основе II издания (1880-1882 гг.)" содержит эти словарные статьи. Зато в нем можно искать только заглавные слова статей, что для работы именно со словарем Даля как раз не очень удобно: иногда необходимо посмотреть, внутри каких еще статей то же самое слово было использовано автором в толкованиях. Так что для серьезной работы (например, при подготовке доклада на конференцию) электронными словарями можно пользоваться только с известной осторожностью, обязательно проверяя данные по традиционным бумажным изданиям.
Иногда ошибки вызваны не пропуском, а наоборот неоправданной вставкой лишних букв. Например, в небольшом словаре иностранных слов 1861 г. можно обнаружить несуществующее слово: "Суперпрематiя. Возвышенность". Ожидалось, видимо, +супрематия, ср. лат. supremus - 'высший, высочайший', супрематизм - 'направление в живописи'. Однако в процессе правки ошибочного +суперматия часть слова "пре" внесена не на место недовычеркнутого "пер", а вслед за ним. Так возникло мнимое слово, а поскольку оно иностранного происхождения, то многие люди, пользовавшиеся этим словарем, верили ему на слово. Там же встретилась забавная ошибка в толковании: "Окулистъ. Зубной врачъ".
Особенно опасны ошибки в учебных и научно-популярных словарях для школьников. Детское восприятие некритично, а память порой весьма цепко удерживает ошибочные сведения, да и нет у юных читателей собственного опыта, достаточного для исправления ошибок в словарях. У нас прекрасная традиция подготовки словарей для школы. Очень жаль, что сегодня некоторые произведения, заявленные в этом жанре, порывают с этой традицией научного качества. Так, в "Этимологическом словаре для школьников" А.В. Семенова (М., 2002) можно с изумлением прочесть, что слово азбука является калькой с греческого alphabetos от alpha + beta (альфа + бетта <так!>) или от alphavitum (alpha - "буква" и vita - "жизнь" <так!>), т. е. "жизнь букв", "перечень букв" [с. 21] (что означает смешение в авторском тексте материала греческого и латинского языков с собственными мифами); 'голый' по-украински - якобы голiй, а не голий, 'гордый' - гордiй, а не гордий и т.д. [с. 98-99], то есть словарь фактически сеет заблуждение в духе тургеневского Африкана, что достаточно понарасставить "i" с точкой, и из русских получатся украинские слова; там же болгарское прилагательное горда почему-то дано в форме женского рода; утверждается, что по-болгарски 'акцент' - якобы акцэнт [с. 17], с буквой э-оборотное, вообще отсутствующей у болгар, (то есть не различается болгарский и белорусский); 'актуальный' по-болгарски - якобы актуальний [с. 16], а не актуален (то есть путается еще и болгарский с украинским); 'двенадцать' по-древнерусски - дъванадесяте, по-старославянски - дъвенадесяте [с. 110] (хотя это формы соответственно муж. и жен./сред. родов, писавшиеся различно в двух языках только за счет знака на месте я); там же за польское слово granica 'граница' выдается чешское hranice и т.д. [с. 105]. Очень жаль, что школьники и их наставники не всегда имеют возможность ознакомиться с квалифицированной научной оценкой подобных изданий. В конечном счете, даже невежество не столь опасно, как самоуверенное полузнание, распространяемое под маской научности.
Порой ошибки закрадываются и в термины. Это большая тема, поэтому ограничимся двумя примерами из литературоведения - дисциплины, близкой любому учителю русского языка.
В.Б. Шкловский ввел в 1914-1917 гг. неологизм остраннение. Этот термин был необходим для обозначения такого приема в искусстве, который вырывает предмет из привычного контекста его узнавания и делает обычное, привычное "странным". Но тут не обошлось без недоразумений. По недосмотру наборщика формально правильное, но весьма необычное слово остраннение (от странный) было впервые напечатано с одним "н". Такое написание закрепилось в литературе. А позже появилось, как очередная типографская ошибка (опечатка), и отстранение, вошедшее даже в справочные издания. Замена написания остранение более тривиальным отстранение является достаточно дежурной неточностью. На это способен даже компьютер с его автоматической проверкой русской орфографии, который предлагает именно такое "исправление".
Еще на один пример такого рода внимание автора данной заметки обратил проф. И.Г. Добродомов. В исследованиях творчества Г.Р. Державина распространилось в качестве жанровой характеристики державинских стихов слово "перепутаж", якобы восходящее к его современнику и приятелю М.Н. Муравьеву. Оно нашло отражение и в "Словаре русских писателей XVIII века". Однако известно, что сам М.Н. Муравьев писал это слово как персифляж, от франц. persiflage 'ирония, подшучивание', то есть, говоря словами самого Державина, "забавный русский слог". Скорописное персифляж может быть прочитано и как перепутаж, что и случилось как-то в ХХ веке. Опасность такого рода очиток состоит в том, что, однажды войдя в специальную литературу, они продолжают в ней периодически употребляться. В "Новом литературном обозрении" (1997, № 27) была опубликована заметка Л. Росси, в которой убедительно доказывалось, что перепутаж - неверно прочитанное персифляж. Но вот уже в 2003 г. в работе С.А. Сионовой ""Союз разумных и добронравных" М.Н. Муравьева" читаем: ""Перепутаж" - интересное и остроумное определение особенного поэтического новаторства Державина".
Итак, при работе со словарями, количество которых растет стремительно, чего нельзя, к сожалению, с такой же уверенностью сказать об их качестве, следует проявлять разумную осторожность и в важных случаях проверять данные одного издания по альтернативным справочникам.
 

 

 

 
 

 

Анализ веб сайта